Укрощение экрана. Контент для 35-летия Промышленной группы КОНАР

На юбилее компании КОНАР мы работали с экраном размером 18 × 7 метров, сложной геометрией из семи секторов и концепцией «Сила многих». На первый взгляд, такой масштаб даёт большие возможности для графики. На практике он требует постоянного выбора: где экран должен производить впечатление, а где – уступать сцену артистам.

Расскажем, как мы собирали визуальный язык юбилея, почему отказались от части готового контента и в какой момент стало ясно, что нейросеть не справится с главным образом вечера.

Семь экранов, которые зритель должен воспринимать как один

Экранная конструкция состояла из семи секторов: центрального, двух с каждой стороны, верхнего и нижнего. Общий размер медиапространства – 18 × 7 метров. Для зала это крупный объект, и эффект от него определяется не только разрешением и качеством графики, но и точкой, из которой зритель смотрит на сцену.

Если сидеть слишком близко, приходится переводить взгляд между разными участками экрана. Тогда общая композиция распадается: можно заметить красивую деталь, но не считать целое. Максимальный эффект, наоборот, возникал на удалении, когда вся конструкция помещалась в поле зрения. С учётом этого столы отодвинули дальше от сцены.

Это важное решение, потому что экранный контент нельзя проектировать отдельно от пространства мероприятия. Даже хорошо сделанная анимация проиграет, если зрителю физически неудобно воспринимать её целиком. В нашем случае организация зала стала частью работы над визуальной драматургией.

Визуализация развеса экрана

Отдельно мы продумали техническую подготовку контента к выводу на экран. Поскольку экранная конструкция состояла из семи секторов с промежутками между ними, всю графику мы изначально создавали с учётом единой маски, перекрывающей эти пространства. Это позволило работать с изображением как с единым полотном, а не адаптировать каждый файл под отдельные экраны. В результате рабочее разрешение контента составило 4608 × 1280 пикселей.

Маска контента

Такой подход существенно упростил работу видеоинженера: ему не пришлось вручную растягивать и подгонять каждый ролик под семь секторов. Кроме того, мы смогли ещё на этапе производства контролировать композицию и движение графики, учитывая, какие части изображения будут скрыты в промежутках между экранами. Для сложной экранной конструкции это особенно важно: техническая подготовка контента напрямую влияет и на точность его воспроизведения, и на целостность визуального восприятия.

Как показать «Силу многих»

В основе концепции лежала простая и точная для промышленной компании метафора: отдельная металлическая нить становится частью прочного троса, когда соединяется с другими. В этом образе есть и инженерная эстетика, и понятный смысл – общий результат складывается из работы множества людей.

Однако найти удачную метафору недостаточно. Её ещё нужно убедительно показать. Мы решили сделать сплетение нитей основным движением заставки: зритель видит, как тонкие элементы постепенно собираются в единый трос. Так концепция перестаёт быть формулировкой на экране и становится действием, за которым можно наблюдать.

Работу начали с персонализированных приглашений для гостей. Для них мы попробовали сгенерировать видео закручивающегося троса с помощью нейросети. На этапе первых экспериментов этот способ казался разумным: можно быстро проверить визуальный образ, его динамику и сэкономить время. Но выяснилось, что нейросеть не воспроизводит логику скручивания металлических нитей достаточно последовательно. Для случайной фактуры подобная погрешность может быть незаметной, а для центрального образа инженерного юбилея – принципиальна. Ну и когда у вас полный зал специалистов всех областей, визуал должен быть правдоподобным.

Поэтому основной контент мы перевели в ручную 3D-разработку. Здесь важно было контролировать не только внешний вид троса, но и траектории отдельных нитей, плотность плетения, свет и скорость движения. Это тот случай, когда генеративный инструмент помог на этапе поиска, но не заменил точную анимационную работу.

Почему нити пришлось перерисовывать

Одна из самых трудоёмких задач – заставка, в которой металлические нити сплетаются в трос. Мы переделывали её несколько раз. Тонкие контрастные линии при определённой скорости движения создавали нежелательный стробирующий эффект: вместо ощущения плотного металлического плетения возникало визуальное мерцание.

На мониторе рабочего компьютера такой дефект не всегда воспринимается так же, как на большом сценическом экране, у которого шаг пикселя гораздо больше. Поэтому графику приходилось оценивать не только по красоте отдельного кадра, но и по тому, насколько комфортно она будет смотреться в движении и в реальном масштабе. Для нас это был вопрос комфорта зрительского восприятия.

Как объяснить концепцию гостям, не перебивая впечатление

Перед первым номером мы подготовили отдельный ролик, который раскрывал концепцию «Сила многих». Закадровый текст звучал голосом диктора, а для итальянских гостей мы добавили субтитры на итальянском языке.

Это решение было продиктовано не только необходимостью перевода. Субтитры позволяли гостям следить за смыслом, не переключая слуховое внимание на речь синхронных переводчиков. Вступительный ролик должен был работать целиком – голосом, музыкой и изображением. Мы стремились сохранить это единство и для аудитории, которая воспринимает текст на другом языке.

Скриншоты заставки

Не весь эффектный контент нужно показывать

Для номера, открывавшего первый блок программы, мы разработали отдельные футаж. Он был уникальным, создавался под конкретное выступление и хорошо работал как самостоятельный визуальный материал. Но при совмещении с происходящим на сцене выяснилось, что экран забирает на себя слишком много внимания.

От него пришлось отказаться. Такое решение бывает непростым: в создание графики уже вложены время и ресурсы. Однако у сценического контента есть иерархия задач. Если главный объект внимания в эпизоде – артист, изображение должно помогать ему, а не конкурировать с ним. Эффектность отдельного экрана не равна эффектности всего номера.

Первый открывающий номер

По этой же логике мы подбирали футажи для балетных выступлений – сдержанные по движению и визуальной насыщенности, чтобы поддерживать атмосферу, не отвлекая от хореографии.

Экран как участник кульминации

Во втором блоке программы был цирковой номер, для которого мы создали другую визуальную историю: луна над морем постепенно приводила зрителя к кульминации, а в решающий момент яркой вспышкой превращалась в солнце. Так на сцене наступал рассвет.

Футаж для второго номера

Здесь экрану, напротив, требовалось стать активным участником действия. Изменение изображения было привязано к драматургическому пику номера и усиливало происходящее, а не существовало параллельно с ним. Разница между этим эпизодом и открытием первого блока показательна: один и тот же экран в разных сценах выполнял разные роли.

Главный вывод, который мне бы хотелось сделать по итогам этого проекта: большой экран — большая ответственность. Уверена, дядя Бен был бы мной доволен.